От автора

Ошибались ли
Маркс и Ленин?


Новая
типология
государства


Денежный
тоталитаризм


Тайное
оружие
пролетариата


Предтечи
партизанских
отрядов


Партизанские отряды
и капитализм -
период
взаимодействия


Партизанские отряды
и капитализм -
период
противодействия


Партизанские отряды
и коммуникации


Этика
партизанского отряда:
преодоление
конкуренции


Руководство

Тактика
отчуждения


В чем
главная слабость
капитализма
и сила
партизанского отряда?


Светлое будущее

Несколько слов
в заключение




Иллюстрации:
Александр Кораблев

Несколько слов в заключение

Советские люди были двуедины. По философскому видению мира они были диалектическими материалистами, по складу души – идеалистами. Это соединение противоположностей не делало их двуличными. Напротив, оно рождало гармоничную личность, которая верила в прогресс (и, следовательно, в торжество коммунизма), как верят в Бога.

К 70-м годам советский человек оказался в плену иллюзий. Свой налаженный предсказуемый материальный мир представал ему несовершенным в сравнении с потребительским обществом Запада. А горячая вера в прогресс требовала немедленной жертвы, звала к новым святыням. Так советский человек, оставаясь в душе советским, снаружи сделался фанатично антисоветским.

Движимые иллюзиями, люди побежали на Запад. Эмиграция, начавшаяся в 70-х годах, разительно отличалась от послевоенной и тем более времен гражданской войны. В прежние годы эмигрировали из практически безвыходной ситуации, пытаясь избежать тюрьмы. Белоэмигранты и власовцы не питали никаких иллюзий относительно Запада. Они были не советскими, а русскими людьми. Заграница приняла их и растворила в меру собственной щелочности. Теперь эти люди редко находят общий язык с поздними эмигрантами. Они – дети другого народа из другой страны.

Эмиграция 70-90-х годов впервые принесла на Запад волну качественно нового человеческого материала: советских граждан. Зачастую эти люди отправлялись в эмиграцию как в паломничество, казались святее самого папы, в силу своей фанатичной приверженности прогрессу были более западниками, чем западоиды. Оказавшись на Западе, они какое-то время испытывали эйфорию от самой своей причастности этому обществу, которое, по их мнению, успешнее других приблизилось к раю на земле. Многие и сегодня, через много лет сохранили какие-то остатки этой эйфории, хотя выказывают ее в основном лишь на публику, а в частной жизни ведут себя индифферентно или враждебно по отношению к Западу.

Есть и те, которые полностью изжили в себе западническую восторженность и под влиянием переоценки ценностей даже пришли к более разумному отношению к прогрессу. Из фанатичных прогрессистов такие становятся скептиками. «Западный рай» они начинают воспринимать как «преисподнюю» (на самом деле, чем не тривиальный ад: рабочее место в четырех стенах – cubicle, - перед глазами экран компьютера, а на голове наушники?). И все же их скептицизм не всеобъемлющ. Ведь речь идет о советских гражданах – неисправимых идеалистах и гуманистах, верящих в свои силы. Им необходима цель, необходима манящая идея. Оказавшись на Западе и разочаровавшись в его «достижениях», построенных на лжи, лицемерии и подлоге, эти люди обращаются к человеческому. Поэтому слово «Родина» начинает для них что-то значить, а вовсе не из квасного патриотизма. Поэтому они начинают ценить базовые человеческие блага, которые все неохотнее предоставляет западное общество: семью, детей, кров (именно «кров», а не «недвижимость»), хлеб насущный и т. д. Наконец, советский человек способен дорожить уже и абстрактными гуманистическими ценностями, на словах декларируемыми Западом, на деле же им попираемыми: свободой (свободой как осознанной необходимостью), рынком (рынком как обменом), демократией (демократией как властью народа).

Да, советские люди хотели рынка, и никто не станет это отрицать. Но вместо красочного восточного базара с россыпями товаров, с шутками и прибаутками, со своей этикой и эстетикой, с бурлящей жизненной энергией и радостью от соприкосновения с человеческим трудом, - советским людям подсунули стерильный супермаркет с пластмассовыми помидорами.

Да, советские люди хотели демократии с ответственным руководством, с выбором причастных народной среде представителей. Но вместо этой деятельной демократии им подсунули плохо обученных семинаристов западных академий, годных разве что в актеры провинциального театра.

Да, советские люди хотели свободно определять свою судьбу и отвергли условности, направлявшие их жизнь в СССР; но взамен на них надели ярмо стократ более страшное. Вернее, не надели, а заставили самих идти в темный и грязный хлев, искать там это ярмо, чистить его и напяливать.

Советские люди поклонялись правде. Движимые стремлением к ней, они готовы были заглотнуть любой пропагандистский крючок. Поэтому так велико было обольщение в годы перестройки. Великим будет и отрезвление.

Человек, лишившийся иллюзий, может превратиться в реактивный снаряд. Каждый, кто знает, что его обманули, и не может больше это скрывать, способен на самые крайние методы по отношению к обманщику. Поэтому сегодня нам так омерзителен Запад с его тотальным лицемерием и оболваниванием. По «свободному ТВ» сказали, что у Саддама Хусейна есть ядерное оружие, - и все поверили. Завтра скажут, что у русских в венах вместо крови течет серная кислота, и поэтому русские самим своим существованием повинны в загрязнении планеты, - и снова поверят!

Если ты не умеешь ориентироваться в мировых событиях, отличать правду от лжи, - ты ничем не лучше раба. Поскольку в современном мире все больше и больше таких несведущих людей, господствующий строй скоро впору будет называть рабовладельческим.

Бессмысленно винить в этом чьи-то пагубные намерения, «мировой заговор», злую волю отдельных людей. Таков трагический ход истории, когда человеческое обезличивается, демократия переходит в тоталитаризм, отчуждение возносится в принцип. Советским людям, как диалектическим материалистам, очень заметен этот процесс деградации. Вот почему мы обязаны восстать против него в союзе с другими отчужденными и лишенными своих прав.

Очень многим добрым и достойным людям нет места в нарождающейся тоталитарной системе. Они жизненно заинтересованы в иной, приветливой среде. Такой средой может стать партизанский отряд, по характеру своему совмещающий выживание с сопротивлением.

Да, ход истории суров. Но мы обязаны восстать против этого хода истории, опрокинуть его революционным путем, изменить его через изменение общественных отношений.

Партизаны должны создать низовое движение, свободное от мелкобуржуазного национализма, сильное своей сплоченностью и всеохватностью. Партизаны ненавидят современный мир и обязаны противостоять ему. Противопоставив отчуждению солидарность, атомизации – человеческие чувства, лицемерию – правду, партизаны смогут начать борьбу.

Исходом этой борьбы они унаследуют Землю.