От автора

Ошибались ли
Маркс и Ленин?


Новая
типология
государства


Денежный
тоталитаризм


Тайное
оружие
пролетариата


Предтечи
партизанских
отрядов


Партизанские отряды
и капитализм -
период
взаимодействия


Партизанские отряды
и капитализм -
период
противодействия


Партизанские отряды
и коммуникации


Этика
партизанского отряда:
преодоление
конкуренции


Руководство

Тактика
отчуждения


В чем
главная слабость
капитализма
и сила
партизанского отряда?


Светлое будущее

Несколько слов
в заключение




Иллюстрации:
Александр Кораблев

Руководство

Может сложиться впечатление, что партизанское движение, основанное на строгих нравственных и этических установках, потребует волевого, диктаторского управления. Если партизаны сродни первым христианам, если они в какой-то степени строят новую Церковь, - то и руководить процессом должны полубоги или, на худой конец, апостолы. Смею утверждать, что это совершенно не так. Масштабы поставленной цели не всегда требуют гениев, управляющих движением благодаря необыкновенному чувству предвидения и исключительным человеческим качествам. Тот же капитализм преспокойно развивался, имея во главе полных творческих пигмеев и нравственных уродов, лучшим представителем которых является, например, Черчилль. Общественное движение, безусловно, всегда первично по отношению к своему лидеру.

Поэтому обратимся к общественному характеру партизанских отрядов и попытаемся понять, какой тип руководства больше всего подойдет им.

Жизнь партизании наверняка будет строиться по принципу народовластия, максимально приближенному к идеальной общинной модели. Народовластие в корне отличается от демократии, отчуждающей власть от народа и передающей ее зачастую случайным "избранникам". Народовластие означает каждодневный контроль над подлинными избранниками, которые не обладают никакими властными полномочиями в отрыве от группы. Ленин называл такой принцип управления "демократическим централизмом".

Даже если абстрагироваться от слова "демократический", то данный централизм сам по себе вовсе не означает диктатуры. Или, по крайней мере, он указывает на диктатуру совести. Для того, чтобы убедиться в этом, необходимо обратить внимание не на строгость ценностных установок в отряде, а на их характер. Отказ от конкуренции и от прибыли в производственной сфере должны освободить человека от "нечеловеческих наслоений", которые привил ему капитализм, позволить ему жить в согласии со своей совестью. В таких условиях даже культура определенного самоограничения будет не в тягость, а, напротив, в радость. Кстати, само по себе самоограничение не считается в отряде добродетелью. Партизаны ценят и любят свободу, и именно поэтому они освобождают человека от "нечеловеческих наслоений": от необходимости покупать и продаваться. Измученного, зомбированного полуробота отряд возвращает к полноценной жизни. Члены отряда должны быть вдвойне внимательны именно к человеческому в себе и в окружающих.

В современном мире герой, лидер из высшего воплощения подлинно человеческих качеств превратился в нечто совсем другое. Сегодня представитель власти, работник медийных сфер, спортивный чемпион или киноактер могут позволить себе человеческое разве что вдали от телекамер (и то сомнительно, способны ли они уже хоть на миг отказаться от собственной маски). Данные существа всем своим видом и поведением символизируют отчужденные человеческие качества: успех, конкурентные преимущества. Очень четко это выражено на конкурсах красоты. Красоткам даже не возбраняется делать себе пластические операции, что лишний раз подтверждает расхожие хвастливые обещания современных пиарщиков: героя можно слепить из кого угодно. Деланность, искусственность нынешних образцов для подражания говорит об их отчужденности, об их презрении и враждебности ко всему человеческому.

Поэтому культ героя сегодня не просто реакционен. Он возмутительно реакционен. "Героизация" губительна для каждого отдельного человека; она будет губительна и для всего партизанского движения. Если во главе отряда встанет "мессия", это наверняка приведет к краху отряда. Тем более если речь идет о "медиатизированном мессии", по примеру нынешних политиков - полувластителей-полушутов. Нет, отряд отрекается от такой перспективы. Поэтому партизаны не поддерживают никаких связей с современной политической машиной и не стремятся влиться в нее на каких бы то ни было условиях. Отряд также не может быть связан с шоу-бизнесом, с модой, с современным культом знаменитостей. Члены отряда не стремятся на телевидение и на первые полосы газет: во-первых, это очень ограниченный ресурс для продвижения своего образа мыслей (хотя бы из-за цензуры); во-вторых, он, как правило, нивелирует всю самобытность мышления того, кто пользуется этим рупором, - автоматически включает человека в систему.

Члены партизанского отряда должны испытывать физическую неприязнь и отвращение к сегодняшнему культу знаменитостей и к тем, кто его исповедует, подобно тому, как первые христиане испытывали неприязнь к язычникам.

И тем не менее отряду нужен человек, выполняющий обязанности руководителя и обладающий координаторскими способностями. Нужен также человек, принимающий решения (или несколько таких человек: во всяком случае, на практике нельзя представить себе весь отряд, участвующий в принятии каждого решения, - это привело бы к анархии).

Исторически нонконформистские объединения возникают не из ничего по мановению волшебной палочки, а вокруг одного-двух людей, которые острее чувствуют действительность, менее склонны к компромиссам и самой судьбой подталкиваются к роли первопроходцев.

Как же преодолеть вождизм после того, как вокруг этой небольшой группки объединятся единомышленники? Очевидно, что лидер партизанского отряда, в пику новейшим политическим тенденциям, должен быть сегодня не вождем (таков Буш - и последствия налицо), не кормчим (таков Путин - последствия тоже налицо), а чем-то совсем иным. Необходимо предоставить что-то в противовес современному западному вождизму, который проявляется и в корпоративной, и в политической сфере. Сегодня власть имущие все чаще полагаются на персональную дипломатию, на закулисные переговоры в принятии решений. Для публики все это прикрывается "имиджем", т. е. холодной маской, не несущей уже никаких человеческих черт. Поэтому Запад все больше отстоит от подлинной демократии: тем дальше отстоит, чем активнее на словах ее декларирует.

Какую демократию в противовес этой комедии может предложить партизанский отряд? Уж явно не представительскую. Этот отчужденный подход полностью обанкротился. Необходима живая демократия, смыкающаяся с народовластием. Ее удобно будет установить в небольших по количеству отрядах.

При такой демократии руководство из 2-3 человек все время хранит руку на пульсе - поддерживает связь с другими отрядами и принимает решения по мере их необходимости. 2-3 человека вовсе не означают разделения властей, коллегиального управления. Во главе отряда стоит один человек - больше не надо для образования в 20-30 участников. Большое руководство совершенно излишне, тем более при строгом соблюдении демократического централизма. Маленьким отрядом могло бы управлять и полчеловека, но, к сожалению, такого пока не изобрели.

Руководство из 2-3 человек необходимо для того, чтобы люди сменяли друг друга на посту. Преемственность может осуществляться хоть каждую неделю.

Как можно охарактеризовать демократический централизм? Это система, при которой принятие решений осуществляется с максимальной оглядкой на всех членов группы. Но затем, когда решение принято, группа следует ему беспрекословно. Хороший пример того, как на практике действует демократический централизм, можно найти у маршала Чуйкова (впоследствии оборонявшего Сталинград).

В 1918 г. 18-летний Чуйков, пройдя под началом царских унтер-офицеров курсы подготовки младшего комсостава, прибывает в качестве ротного на Колчаковский фронт. Но он лишь формально ротный, а на деле еще с керенщины в армии действует выборность (т. е. примитивная демократия). Как поступить? Как перебить эту тенденцию, на пагубность которой сетуют военные? Чуйкова, для пущей важности, назначают помощником действительного ротного. Бойцы над помощником подсмеиваются: мол, приехало новое офицерье, а у самого еще молоко на губах не обсохло.

Выход из сложившейся парадоксальной ситуации один: «завоевать доверие» бойцов. Чуйков и завоевывает: пляшет лучше всех «Яблочко», стреляет – тоже в яблочко, ну и, само собой, проводит пару удачных операций. Во время одной из них ранен ротный. Чуйков теряется в догадках: мол, по уставу командование переходит ко мне, но как быть с выборностью? И тут сами бойцы опережают его: «Принимай роту и командуй».

Вот это и есть самый настоящий демократический централизм, причем многослойный. При таком его уровне у командира выборы каждый день, а не раз в 4 года.

При общинном мироустройстве демократический централизм является самым органичным способом руководства. Человек, стоящий во главе отряда, при овладении этим методом из вождя превращается в дирижера, который прекрасно знает свой оркестр (своих подопечных) и прекрасно знает партитуру (теорию низвержения капитализма). Эти две составляющие позволяют ему возможно меньше ошибаться. Именно такой, "дирижерский" подход надо выдвинуть на смену "вождистскому".

Следующая глава